Трое ученых из Института исмаилистских исследований (IIS) выступили с докладами на , состоявшейся в 5–8 августа 2026 года. Д-р Дарюш Мохаммад Пур и д-р Рахим Голами совместно председательствовали на секции «Разум, откровение и возрождение: эзотерическая герменевтика от Насир-и Хусрава до Руми и до наших дней». К ним присоединились д-р Мариам Резаи из IIS и д-р Алиса Хунсбергер (Государственный университет Нью-Йорка в Олд-Вестбери), автор книги (2000), изданной IIS.
Статья Рахима Голами о «Маснави» Руми
Доктор Рахим Голами открыл сессию докладом «Ударить частью его: переосмысление Руми стихов 2:67–73 Корана в „МаснавиĜ». Доктор Голами рассказал, как в истории о Моисее и корове израильтяне требуют всё новых и новых подробностей, и животное описывается практически исчерпывающе. Затем, когда предстоит раскрыть скрытое убийство, повеление становится неопределенным. В нём говорится: «ударь его частью от неё (-ʿḍi)», хотя эта часть так и не уточняется. Убитый воскресает, преступление раскрывается, и отрывок заканчивается надеждой на то, что слушатели придут к здравому смыслу.
Руми трижды возвращается к этой теме в «Маснави», разбирая её элементы — повеление, жертвоприношение, фрагмент, удар, откровение, воскресение — и перекомпоновывая их в рамках того, что доктор Голами описывает как своего рода эзотерическую педагогику.
Доктор Голами утверждал, что би-баʿдыйа становится грамматикой божественно санкционированной эффективности. Служащий телу интеллект утрачивает свое господство, а дискурсивный разум действует в свете того, что Руми называет Интеллектом интеллекта (ʿ- ʿReason, intellect, mind. This noun does not appear as such in the Qur’an, although the verb faqala is used (as in Q. 2:44, ‘Do you not understand?’). See also ʿ–i…): интеллект есть шелуха, а Интеллект интеллекта — ядро.
Женщины, сталкивающиеся с препятствиями на пути к образованию
Доктор Мариам Резаи перенесла внимание участников дискуссии в современный Иран, представив доклад «Расширение прав и возможностей в условиях ограничений: реакция исмаилиток на препятствия в получении образования в Иране». Её доклад был основан на результатах интервью и анкетного опроса среди исмаилиток в Мешхеде и Тегеране, которые хотели получить высшее образование, но не смогли этого сделать.
Эти женщины сталкивались с целым рядом препятствий: семьи не всегда могли позволить себе оплатить обучение вдали от дома; дочери были вынуждены заботиться о младших братьях и сестрах; а экономические трудности порой заставляли их устраиваться на работу сразу после окончания средней школы. Еще одной проблемой для женщин был общенациональный вступительный экзамен, который мог использоваться в качестве инструмента идеологической проверки, а не для определения академических способностей. Женщины, лишенные возможности получить высшее образование, платили за это ограниченной мобильностью, экономической незащищенностью и социальной незаметностью.
Доклад д-ра Резаи также был посвящен тому, как женщины действовали дальше: некоторые из них записались на профессиональные курсы или поступили в частные учебные заведения, в то время как другие перешли на волонтерскую работу в рамках своих общин. Опираясь на труды Кабир, Сена и интерсекциональную феминистскую теорию, Резаи утверждала, что расширение прав и возможностей — это процесс преодоления ограничений, а не конечная цель, достигаемая исключительно благодаря получению диплома. Она рассматривает такиюблагоразумное сокрытие своих религиозных убеждений, особенно во времена преследований или опасности, практикуемое главным образом ширитами., или религиозную осмотрительность, в том же ключе: как рабочую стратегию для безопасного взаимодействия с государственными институтами при сохранении веры.
Египет, который Насир-и Хусрав не описал
Доклад д-ра Элис Хансбергер «"Повинуетесь ли вы или нет?" Взаимодействие с египетской политикой в трудах Насира-и Хусрава» посвящен сведениям, содержащимся в сочинении средневекового персидского автора «Сафар-наме». Она рассказала о том, как Насир-и Хусрав провел три года в фатимидском Египте (439–442/1047–1050) и каждый год удостаивался чести сопровождать имперский караван хаджаСлово «хадж» обычно обозначает ежегодное паломничество мусульман к Каабе в Мекке, также известное как Великое паломничество, в отличие от умры — малого паломничества. Подробнее с кисвой и выплатами халифа в Мекку и Медину. Он восхищался практически всем, что видел: каирскими базарами, судебной системой Фатимидов, регулярной армией и управлением разливом Нила. Однако в Айдхабе, еще не успев покинуть Египет на пути домой, Насир обнаружил, что его кошелек опустел, чему он не дает никаких объяснений.
Доктор Хунсбергер рассказала о том, как Насир описывает два важнейших события фатимидской истории, но сознательно упускает их контекст. В первом случае, через два месяца после прибытия Насира в Каир, солдаты убили влиятельного еврейского ювелира Абу Са‘да ат-Тустари. Затем двадцать тысяч всадников собрались перед дворцом, пока не появился слуга с единственным вопросом: «Вы подчиняетесь или нет?». В описании Насира-и Хосрава отсутствуют ключевые объяснения и контекст этого события. А именно то, что мать халифа Расад, бывшая нубийская рабыня, была приведена во дворец ат-Тустари, который позже стал ее ключевым союзником во главе казны Фатимидов, в то время как она правила в качестве регента при аль-Мустансире (прав. 427–487 / 1036–1094). ВизирьВысокопоставленный государственный чиновник, эквивалент премьер-министра. аль-Фаллахи и турецкая гвардия убили ат-Тустари, но в течение года Расад добилась того, чтобы аль-Фаллахи был заключен в тюрьму и убит.
Вторым событием стал алеппский поход 441/1049–50 годов. В скупом рассказе Насира в сочинении «Сафар-наме» сообщается, что правитель Алеппо поднял мятеж, поэтому халифВ арабском языке — халифа, глава мусульманской общины. См. халифат. направил Умдата ад-Даулу, однако тот был убит под Алеппо. Проанализировав хроники, д-р Хунсбергер установила, что алеппским мятежником был мирдасид Тималь ибн Салих, а Умдатом ад-Даулой — полководец Рифк, семидесятилетний африканский евнух, который вел за собой тридцать тысяч воинов в ходе третьей неудачной кампании Фатимидов против этого города.
Д-р Хунсбергер отметил, что Насир ни разу не упоминает по имени аль-Мустансира, аль-Захира или Расада, однако он был свидетелем первых трещин в фатимидском правлении — фракционных армий, споров за пост визиря и напряженной ситуации в казне, — которые позже вылились в кризисы эпохи Мустансирии, ярким примером чего стал его собственный пустой кошелек в Айдхабе.
Согласование веры и разума
Статья Дарюша Мохаммада Пура «Согласование веры и разума: рационализм Насир-и Хусрава» была посвящена вопросам философии и эпистемологии. Автор задался вопросом, как далеко может зайти разум, полагаясь только на себя, и отметил, что разум, который исследует, проверяет и подвергает критике, должен быть приведен в соответствие с откровением, требующим согласия с истинами, которые не поддаются проверке.
Насир-и Хосров попытался ответить на эти вопросы в своем труде «Джами аль-хикматайн», написанном в изгнании в 462/1070 году в долине Юмган в Бадахшане. Доклад доктора Мохаммада Пура был посвящен теме питания человеческого интеллекта. Интеллект нуждается в пище из двух источников: философии, включая естественные науки и метафизику, и откровения, истолкованного посредством тавиляРаскрытие внутреннего, или эзотерического, смысла (батин) из буквального текста или видимого значения текста, ритуала или религиозного предписания.. Это «двойная мудрость», отраженная в названии сочинения, и от их примирения зависит продвижение души к совершенству.
Эта полемика велась в двух направлениях. Против буквалистов Насир отстаивал дух научного поиска. Против философов, и в частности против Абу Бакра Мухаммада ибн Закарийя аль-Рази, он отстаивал откровение. Аль-Рази считал пророчество излишним, поскольку философы способны возвращать души в их истинный мир. Насир ответил, что философы, способные на это, и есть пророки.
Современная проблема заключается в том, что вера и разум по-прежнему противопоставляются друг другу: как со стороны секуляристов, которые считают религиозную приверженность провалом рационализма, так и со стороны фундаменталистов, которые видят в критическом мышлении угрозу вере. Насир-и Хуслав выступает против этого ложного противопоставления: интеллект — это божественный дар, поэтому пренебрежение им означает пренебрежение Дарителем, но разум достигает полноты лишь под влиянием озарения, которое он сам по себе создать не может.
Тема
В заключение д-р Мохаммад Пур отметил, что интеллект является лейтмотивом всех докладов. Хотя Руми, как правило, не считается исмаилитом, он следовал по стопам Насир-и Хусрава, учитывая то важное значение, которое он придавал интеллекту. В докладе д-ра Резаи роль интеллекта прослеживается в стремлении женщин к высшему образованию и в том значении, которое они придают стремлению к знаниям. Значение интеллекта также поддерживается различными учреждениями исмаилитского имамата, такими как Институт исмаилитских исследований, Ага-ХанаТитул, присвоенный шахом Персии тогдашнему имаму исмаилитов в 1818 году и унаследованный каждым из его преемников на посту имама. , Университет Центральной Азии и обширная сеть учебных заведений, созданная за последние 150 лет. Наконец, в докладе д-ра Мохаммада Пура было показано, как Насир-и Хусрав определил сущность интеллекта как радость (шади): радость приходит с избавлением от невежества, невежество устраняется знанием, а знание — это то, что порождает интеллект.
Эти статьи являются данью уважения не только личности Насир-и Хусрава, выдающейся фигуре для иранских и центральноазиатских исмаилитовпоследователей одной из ветвей шиитского ислама, считающих Исмаила, старшего сына шиитского имама Джафара ас-Садика (ум. в 765 г.), его преемником., но и дань уважения роли интеллекта в исмаилитской традиции на протяжении всей истории и вплоть до наших дней.
